Бессмертный Полк!!!! Ура Товарищи!

С Юбилеем Великой Победы!
Именно в этот день я хочу вспомнить Всех, кто приближал эту Победу!

Всех, кто пал на поле брани и погиб от рук оккупантов!

Всех, кто не дожил до 9 мая 1945 года!

Всех, кто выстоял, не сломался и не изменил своей Родине!

Мы Вас Помним!

Мой дед по маме - Иван Степанович, 1911 года рождения. Украинец. Беспартийный.

Призван в РККА 15 мая 1943 года Молотовским районным военкоматом Ставропольского края. Прошел долгий путь  и закончил участие в активных боевых действиях под Кёнигсбергом.

Из сохранившихся архивных документов (данные сайта "Подвиг народа"):

"Наградить сержанта - З.И.С., за то, что он участвуя в войне с 15.05.43 г. по настоящее время быстро познал ведение учета боевой работы в оперативно-разведывательном отделении штаба полка. Поставил отличный учет боевой работы. Одновременно представляет донесения в разведывательные штабы: 2 воздушной армии и Воронежского фронта. Работает днем и ночью и не имеет ни одного случая срыва представления боевых донесений. Хорошо ведет дневник боевых действий и своевременно разносит боевые вылеты летном составу".

"Наградить старшего сержанта - З.И.С., за то что он участвуя в войне с 15.05.43 г. по настоящее время отлично поставил учет боевой работы в оперативно-разведывательном отделении штаба полка. 31.10.43 г. награжден медалью "ЗА БОЕВЫЕ ЗАСЛУГИ".  После награждения еще лучше поставил работу, усовершенствуя формы учета.

В период смены заместителя начальника штаба по оперативной части в январе месяце 1944 года, когда новый зам.нач.штаба не был знаком с оперативной работой и документацией, товарищ З.И.С. не считаясь со временем всю работу оперативно-разведывательного отделения вел лично сам, не имея ни одного случая срыва боевых донесений и отчетов. В феврале месяце, болея, не прекращал работу и при посещении комиссии из отдела УБП ВВС КА получил высокую оценку работы"...

Награды деда Ивана

Мой дед по отцу - Николай Иванович, 1925 г.р.. Русский. Член ВЛКСМ.

Призван Кунцевским районным военкоматом г. Москвы, 

На Второй мировой войне в составе РККА с 25.03.1943 г.

Звания – младший сержант, сержант, закончил войну старшиной на Дальнем востоке участвуя в разгроме японской армии. Демобилизовался на Урале.

На войне был старшим телефонистом отдельной штабной батареи командующего артиллерийским корпусом.
Воевал на 1-м Украинском, Ленинградском, 3-м Белорусском и Забайкальском фронтах.

Награжден медалью «За боевые заслуги» 06.09.1944 г.

Из архивных материалов дела - «Младший сержант С.Н.И., работая телефонистом, точно и своевременно выполняет и передает приказания по связи в части командующего артиллерией. В бою у г. Тарнополя, в районе д. Кутковце, Загребенз (?) красноармеец С.Н.И.  под сильным огнем противника и налетом авиации в весеннюю распутицу в установленный срок наводил линию и во время повреждения огнем противника вовремя устранял порывы на линии. 
18 и 19 июля сего года в районе 286 стрелковой дивизии был сильный налет противника, осколками, минами во многих местах пересекало линию, красноармеец С.Н.И.  немедленно выходил на место обстрела и, несмотря на опасность, устранял порывы».

Награжден медалью «За отвагу» 30.04.1945 г.

Из материалов дела – «При уничтожении Зередаольдской (?) группировки 13 апреля сего года по высоте 31,5 противник вел сильный артиллерийский минометный огонь. В ночное время под сильным огнем противника быстро устанавливал связь от командующего артиллерийским корпусом в наблюдательном пункте 358 стрелковой дивизии. 14 апреля сего года в районе высоты 33.5 под сильным артиллерийским минометным  огнем противника сержант С.Н.И. устранил 6 порывов к наблюдательному пункту 221 стрелковой дивизии, тем самым обеспечил бесперебойной связью командование штаба артиллерии корпуса.
15 апреля сего года в боях за деревню Мединаю (?) под сильным артиллерийским огнем противника быстро восстановил связь на линии ведущей к наблюдательному пункту 358 стрелковой дивизии».

Награжден орденом «Красная звезда» 10.09.1945 г.

Из материалов дела – «Старший сержант С.Н.И., работая старшим телефонистом при штабе командующего артиллерийского корпуса, показал себя инициативным и смелым воином. В боях с японскими агрессорами, выполняя обязанности связного между штабом артиллерийского корпуса и действующими частями, своевременно доставлял приказы и распоряжения командующего. 
Противник, уклоняясь от боя, подчас оставлял в нашем тылу свои группы, этим движение отдельных связных становилось опасным. Несмотря на это сержант С.Н.И., повышая бдительность, своевременно и четко выполнял боевую задачу».
Вечная память. 

Спасибо Вам родные за наше счастливое детство, 
за наших родителей, за наших детей - 
Ваших внуков, с которыми Вы не увиделись!
 Спасибо за то, что мы живем!

В неоплатном долгу мы перед Вами Ветераны! 

Дай Вам Бог здоровья тем - кто жив - Долгих лет!

Упокой Господи души тех - кто уже далеко отсюда!

Помним!

напутствие на Великий Пост

Отрадно жить в одно время с отцом Андреем...

когда можно вот так запросто прийти в храм в своем городе и послушать его,

такого уставшего и задумчивого, но такого вдохновляющего и убедительного...

Спаси Господи!

Митрополит Антоний Сурожский

Из интервью владыки:

" ... До революции Бог для многих был в первую очередь Вседержитель, величественный Властитель мира, жил Он в соборах и в церквах и очень был непохож на нас. А тут вдруг оказалось, что Бог — такой же беженец, как и мы. Его из России выгнали вместе с нами. И на Западе неверующих было сколько угодно. И храмы оказались не величественными местами, где живет Властитель мира, а небольшими церквушками, которые устроены беженцами, которые все потеряли и которые своему Богу, Который такой же беженец, как мы, предоставляют приют. Это чувство, которое у меня до сих пор осталось: что, с одной стороны, Бог остается Богом в самом великом смысле слова, но Он при этом — такой же, как мы. Он — изгнанник на земле, и верующие предоставляют Ему место, где Он хозяин. И Он, будучи хозяином в этом месте, делится с нами вечностью, святостью, истиной, жизнью..."

"... То, что мне кажется основным в Православии, — это встреча с Богом. Мы ходим в церковь, чтобы быть в том месте, которое является Домом Божиим. Он там живет, потому что верующие люди предоставили Ему приют в мире, откуда Он изгнан, во всех краях. Он там живет, и мы можем Его там встретить. Мы встречаем Его первым делом, вступая в храм в молчании. Он тут. Я могу встать в храме, молчать и знать, что по Его милости, по Его смирению, Он дает мне стоять в Его присутствии. Я знаю, что Он тут, мне для этого не нужно никаких переживаний. У меня есть эта уверенность, которая родилась от первой встречи.

И я думаю, что у большинства православных есть это чувство, хотя они, может быть, не так сознательно это выражают, но все же чувствуют: да, мы в Божием присутствии. Умею ли я молиться? Если не умею, я могу свечку поставить. Если я не умею молиться, я могу сказать: «Господи, я тут и Ты тут, благослови. Ты любишь меня, несмотря на то, что я собой представляю».

Богослужение в этом смысле для православных есть раскрытие неописуемой глубины и красоты, это, прежде всего, не устав, не обязательства, это момент, когда ты можешь встать в Божием присутствии, и перед тобой раскрывается Царство Божие в молитвах святых, в песнопениях, которые сложились в течение двух тысячелетий, в иконах, в присутствии людей. И церковь в каком-то смысле — это место, где невидимое делается видимым..."

"...Что я могу пожелать всем — это того, чтобы люди погружались в православную русскую традицию (в богослужении, молитве и так далее), но не делались бы ее пленниками. Чтобы они ей питались, оживали через нее, как оживает человек от общения с кем-то, у кого есть большой опыт, какого у них нет.

В каком-то очень-очень мелком смысле, я могу вспомнить свой опыт. Когда я поступил в университет в Париже, в Сорбонну, на факультет естественных наук (физики, химии, биологии), одновременно мне раскрылся Достоевский и я встретил Церковь. И вот эти три вещи меня вдохновили. Наука, как она преподавалась учеными, а не школьными учителями, раскрыла предо мной целый мир сотворенного. Достоевский открыл предо мною целые глубины человеческие. А Церковь — Божий мир. И этого я желаю всем... "

Пророческое от Александра Блока

Давеча случайно наткнулся на удивительное стихотворение этого замечательного русского поэта, 

написанное им в далеком 1903 году:

- Всё ли спокойно в народе?

- Нет. Император убит.

Кто-то о новой свободе

На площадях говорит.

- Все ли готовы подняться?

- Нет. Каменеют и ждут.

Кто-то велел дожидаться:

Бродят и песни поют.

- Кто же поставлен у власти?

- Власти не хочет народ.

Дремлют гражданские страсти:

Слышно, что кто-то идет.

- Кто ж он, народный смиритель?

- Темен, и зол, и свиреп:

Инок у входа в обитель

Видел его - и ослеп.

Он к неизведанным безднам

Гонит людей, как стада...

Посохом гонит железным...

- Боже! Бежим от Суда!

До чего же потрясающие строки являли эпохе эти люди!

Вот и сейчас, спустя 113 лет вчитываешься в них и понимаешь, что они актуальны и по сей день - и их глубинный смысл не столько политический, сколько духовный - 

снова на русскую землю пришел ужас братоубийства, которое не оправдать никакими великими целями...

И вновь спешат люди в "неизведанную бездну", отрекаясь от покаяния за деяния свои греховные и отвергая заповеди Христовы во имя построения нового земного миропорядка...

Помилуй нас Господи... Помилуй нас...

Со светлым Рождеством Христовым!

"Я Тебе честно скажу, без Тебя очень плохо. Есть хлеб на столе, есть друг, пришедший в гости, есть свежесваренное пиво. Трещит в камине сухое полено, младшая дочка играет на полу и сыновья рисуют акварелью парусные корабли. Идет за окнами снег, и, ёлки зеленые, чего еще может не хватать человеку для счастья?! Но я Тебе честно скажу: без Тебя так грустно! Ты видел глаза домашнего пса? Сытого, чистого, любимого всеми пса? Конечно, видел. Ты же все видел. Какие это грустные глаза! Очень умные и очень грустные. Такие же глаза у сытого и умного человека, которого все любят, но которые не чувствует рядом Тебя. Я всегда знал, что Ты есть. Это даже не вера. Это убежденность, это некое знание. Разве может Тебя не быть?! Но мне мало знать, что Ты есть. Я хочу чувствовать себя у Тебя запа­зухой, как в теплом овчинном тулупе, хочу слышать Твой голос, вдыхать Твой запах. Много раз я выходил за окраину города (Ты помнишь) и кричал, и звал, и молился. Я просил Тебя прийти, приблизиться, сделаться ощутимым и близким. Ты молчал. Ты ведь так умеешь молчать, как никто иной. И я возвращался домой, оглушенный собственным криком, усталый и насыщенный воплями. И вот, когда ничто не предвещало исполнение моих просьб, странные вести, одна за другой, стали тормошить и тревожить мою уснувшую и уставшую душу. Сначала, в один из обычных зимних дней, мимо наших окон проехали трое всадников не­ привычного вида. На них были высокие шапки странного фасона. В замерзших пальцах каждый из них держал небольшой сундучок. Заинде­вевшие морды их коней говорили о том, что животные привыкли к более теплой погоде. Я открыл окно и один из всадников повернул ко мне свое спрятанное в густую бороду лицо и тихо, но внятно сказал на фарси: «У омад» — «Он пришел». Они проехали мимо, и снежный ветер долго хлестал меня по лицу, пока я смотрел им вслед. Кто пришел? О ком сказали эти странные люди? Откуда они знают, что я чуть-чуть понимаю фарси? На каждый день хватает своей заботы. И я не забыл о трех всадниках, чьи следы на снегу быстро замела вьюга. Я просто отодвинул мысль о них на задворки памяти и занялся домашней работой. Так прошло несколько дней. Но снова удивление ворвалось в мой дом, теперь уже высказанное на родном, а не чужом наречии.Пастухи, старые, добрые пастухи, веселые пересмешники, которые всегда готовы посме­яться над собой, когда мы смеемся над ними, принесли в мой дом новую волну удивления. Мы часто смеемся над их бедностью и смешной одеждой, над их стадами, которые они любят больше чем своих жен. А они платят нам той же монетой, называя нас домоседами и клопами, спрятавшимися за печкой. Они говорят, что ни на какие деликатесы мира не променяют свой кусок сыра и глоток вина. А некоторые из них даже дерзают предсказывать, что эта пастушеская пища — сухари с сыром и ви­ном — со временем станет украшением стола богатых. Но в этот раз они были перепуганы. Их обветренные лица выражали детский испуг и искреннее удивление. — Мы помним, что один из пастухов стал царем Израиля. Мы знаем, что его любил Бог и охраняли Ангелы. Но, честное слово честного пастуха, мы никогда не думали, что Ангелы явятся нам самим! — Говорите конкретней, что случилось? — при этих словах я налил им по полной чашке грога.И они рассказали, что пасли стада, как обычно; что Ангелы вдруг запели над ними, и они чуть не умерли от страха; что главная мысль Ангельских слов заключалась в рождении Кого-то, Кто принесет на землю мир и в люд­ские души — стремление к добру. Мы выпили с ними еще по стакану крепкого и горячего напитка, и я попросил их рассказать поподробнее о том, что они видели и слышали. Но пастухи! О, эти пастухи! Вы когда-нибудь разговаривали с пастухами? Вы пили с ними грог? Размякшие от вина, они быстро забыли тему нашего разговора и стали клевать носами. Те, кто работает на воздухе, быстро засыпают в тепле. Они уснули, а я вышел из дома. Я знал, где они пасут свои стада, и где могло произойти то, о чем говорили люди с обветренными ли­цами. Снег, сухой и твердый снег, хрупал под моими ногами, пока я шел к обычному месту выпаса овец. И вдруг свет, необычайный, мяг­кий и теплый свет согрел мою щеку. Он не ослепил глаза, а именно согрел щеку. Видит Бог, Которому я так много молился раньше, что не пойти на этот свет было выше сил че­ловеческих. Я пошел, и снег подо мною был утоптан, так что было ясно — по этой дороге иду я не первым. Не помню точно и врать не буду, кто был там, кроме меня. Старики ли это были, или молодежь. Но я прошел сквозь небольшую тол­пу, никого не заметив и не узнав в лицо. Дверь скрипнула, и глаз мой непроизвольно зажму­рился. Не от яркого света, нет. Свет в домике был более чем скуден. Я зажмурился от сияния, окружавшего головку Младенца, мирно сопев­шего на руках у Матери. Он выглядел простым, обычным ребенком. Таким, которые плачут от газиков в желудке, жадно ищут сосок и краснеют от долгого плача. Но я ведь не простак, не так ли? Я же понимаю, что никакой вол не будет дышать на младенца ноздрями, если это не осо­бый младенец. И никакие чужестранцы не возь­мут на плечи тяжесть долгого пути, если речь идет об обычном ребенке. И никакой пастух, сколько бы он ни выпил вина, не станет приду­мывать невозможное, приплетая к своим фан­тазиям Самого Господа Бога. Да и само сияние от Его темечка, оно, не говорит ли лучше всяких слов о том, Кто пришел и Кто родился!? Я замер в углу комнаты на скрипучем полу. Замер, боясь пошевелиться и заскрипеть по­ловицами. Мои глаза устремились в теплую и мягко сияющую глубину колыбели, а мысли заскакали, как сошедшие с ума. «Неужели это — Ты? — думал я. — Неужели, Ты пришел? Вот так странно и неожиданно пришел?! Пришел беспомощным и слабым, нежным и беззащитным? Я думал, что изнемог, когда просил Тебя явиться. А теперь Ты явился, и я изнемог еще больше, потому что Ты пришел неожиданно, без всякого величия... Я стоял и смотрел. А слова сплетались в цепочки и нити, а затем расплетались, оставляя мысль пустой и беспомощной. Я ждал одного, но получил другое. Я встретил то, о чем не мечтал. Самое время прекратить думать. Колени мои сами собой подогнулись, и я опустился на них, склонившись лбом до самого пола. «Ты правильно сделал», — услышал я через минуту над правым ухом. «Не надо размышлять. Надо преклониться». Я повернул лицо и увидел сияющий взор. Только взор и только на секунду. Видимо это был один из тех Ангелов, что возвестили па­стухам рождение Господа от Девы. Как хорошо они говорят! Как кратко и точно говорят Ангелы! Не надо размышлять. Надо преклониться! Я преклонился. А теперь распрямился и стал на ноги. Младенчик все так же спал. Мать склонялась над Ним, напевая что-то тихо и нежно. Не поворачиваясь к Ним спиной, пятясь, я вышел на улицу, унося в груди такую сладкую и густую смесь ощущений, что тысячи людей могли бы напитаться ею и устать от сладости. Снег хрупал под ногами. Сухой и твердый снег. Снег опускался на мои ресницы, облеплял усы и бороду, таял на теплой коже шеи. «Он пришел», — думал я и захлебывался слезами. «Он пришел, но не так, как я просил, а по- своему, смиренно и невообразимо. Какой же Он удивительный. Какой же Он...» Когда я вернулся домой, пастухи только что стали просыпаться. «Ну что, — спросили они, — ты был там?» Я молчал. Снег на ресницах растаял, но пастухи умели отличить растаявший снег от слез, стоявших в глазах. И слезы благоговения они тоже умели отличить от слез боли или обиды. «Давайте выпьем!» — сказал один из них. И этот голос был истинным спасеньем от на­висшей тишины. Мы долго пили и пели, мы радовались до самого рассвета. Мы боялись произнести лишние слова, что бы не оскорбить грубыми звуками человеческой речи ту Тайну, к Которой мы все прикоснулись. Он таки пришел! Как интересно потечет теперь жизнь человеческая! Как сложно и хитро, как странно и счастливо теперь заживет человек! Я был весел не в меру. Но изобилие горячего вина и шумная пастушеская компания не ме­шали мне всякую секунду этого спонтанного праздника твердить про себя: 

«Ты пришел! Ты пришел! Благодарю Тебя!...»

 Из книги протоиерея Андрея Ткачева "Религия сердца"...

P.S. - нам довелось встретить светлый Праздник на подмосковной земле под Истрой в селе Рождествено в храме Рождества Христова! Потрясающая атмосфера морозного, искрящегося миллионами мельчайших всполохов, воздуха, благодать и радость на лицах людей, неотделимое и необъяснимое ощущение присутствия Спасителя!
Слава Богу за всё!

Всех с Рождеством Христовым!

 Добра! Счастья! Терпения! 

Милости Божьей! 

Мир Вашему Дому!

Имеющий уши слышать - да слышит!

http://www.youtube.com/watch?v=46Q3fJcKQko

от Луки Святое Благовествование.

Глава 16

¹Сказал же и к ученикам Своим: один человек был богат и имел управителя, на которого донесено было ему, что расточает имение его; ²и, призвав его, сказал ему: что это я слышу о тебе? дай отчет в управлении твоем, ибо ты не можешь более управлять.

³Тогда управитель сказал сам в себе: что мне делать? господин мой отнимает у меня управление домом; копать не могу, просить стыжусь; ⁴знаю, что сделать, чтобы приняли меня в домы свои, когда отставлен буду от управления домом.

⁵И, призвав должников господина своего, каждого порознь, сказал первому: сколько ты должен господину моему?

⁶Он сказал: сто мер масла. И сказал ему: возьми твою расписку и садись скорее, напиши: пятьдесят.

⁷Потом другому сказал: а ты сколько должен? Он отвечал: сто мер пшеницы. И сказал ему: возьми твою расписку и напиши: восемьдесят.

⁸И похвалил господин управителя неверного, что догадливо поступил; ибо сыны века сего догадливее сынов света в своем роде.

⁹И Я говорю вам: приобретайте себе друзей богатством неправедным, чтобы они, когда обнищаете, приняли вас в вечные обители.

¹⁰Верный в малом и во многом верен, а неверный в малом неверен и во многом.

¹¹Итак, если вы в неправедном богатстве не были верны, 

кто поверит вам истинное?

¹²И если в чужом не были верны, кто даст вам ваше?

¹³Никакой слуга не может служить двум господам, ибо или одного будет ненавидеть, а другого любить, или одному станет усердствовать, 

а о другом нерадеть. Не можете служить Богу и маммоне.

¹⁴Слышали всё это и фарисеи, которые были сребролюбивы, 

и они смеялись над Ним.

¹⁵Он сказал им: вы выказываете себя праведниками пред людьми, но Бог знает сердца́ ваши, ибо что высоко у людей, то́ мерзость пред Богом.

¹⁶Закон и пророки до Иоанна; с сего времени Царствие Божие благовествуется,

 и всякий усилием входит в него.

¹⁷Но скорее небо и земля прейдут, нежели одна черта из закона пропадет.

¹⁸Всякий, разводящийся с женою своею и женящийся на другой, прелюбодействует, 

и всякий, 

женящийся на разведенной с мужем, прелюбодействует.

¹⁹Некоторый человек был богат, одевался в порфиру и виссон и каждый день пиршествовал блистательно.

²⁰Был также некоторый нищий, именем Лазарь, который лежал у ворот его в струпьях ²¹и желал напитаться крошками, падающими со стола богача,

 и псы, приходя, лизали струпья его.

²²Умер нищий и отнесен был Ангелами на лоно Авраамово. Умер и богач,

 и похоронили его.

²³И в аде, будучи в муках, он поднял глаза свои, увидел вдали Авраама и Лазаря на лоне его ²⁴и, возопив, сказал: отче Аврааме! умилосердись надо мною и пошли Лазаря, чтобы омочил конец перста своего в воде и прохладил язык мой, 

ибо я мучаюсь в пламени сем.

²⁵Но Авраам сказал: чадо! вспомни, что ты получил уже доброе твое в жизни твоей, а Лазарь - злое; ныне же он здесь утешается, а ты страдаешь; ²⁶и сверх всего того между нами и вами утверждена великая пропасть, так что хотящие перейти отсюда к вам не могут, также и оттуда к нам не переходят.

²⁷Тогда сказал он: так прошу тебя, отче, пошли его в дом отца моего,²⁸ибо у меня пять братьев; пусть он засвидетельствует им, 

чтобы и они не пришли в это место мучения.

²⁹Авраам сказал ему: у них есть Моисей и пророки; пусть слушают их.

³⁰Он же сказал: нет, отче Аврааме, но если кто из мертвых придет к ним, покаются.

³¹Тогда Авраам сказал ему: если Моисея и пророков не слушают, 

то если бы кто и из мертвых воскрес, не поверят.

C Праздником Введения во храм Пресвятой Богородицы!

"В праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы начинают петь: "Христос раждается", приготовляя верующих к достойному сретению праздника Рождества Христова. Поняв это внушение и действуй по нему. Углубись в таинство воплощения Единородного Сына Божия, взойди до начала его в предвечном совете Божием о бытии мира и человека в нем, усмотри отражение его в сотворении человека, радостно встреть первое о нем благовестие тотчас по падении, проследи разумно постепенное его раскрытие в пророчествах и прообразах ветхозаветных; уясни, кто и как приготовился к принятию воплощенного Бога, под влиянием Божественных воспитательных учреждений и действий, среди Израиля, - перейди, если хочешь, за пределы народа Божия, и там собери лучи света Божия, во тьме светящегося, - и сообрази, насколько избранные от всех народов дошли до предчувствия необыкновенного проявления Божеского смотрения о людях. Это будет мысленное приготовление. Но тут пост: соберись же поговеть, исповедуйся и причастись св. Христовых таин: это будет приготовление деятельное и жизненное. Если, вследствие всего этого, даст тебе Господь ощутить силу пришествия Своего во плоти - то, когда придет праздник, ты будешь праздновать его 

не из-за чуждой тебе радости,

 а из-за своей кровной".

Святитель Феофан Затворник

(источник "Православие.ru")